• Родная Кубань

«Где моё глупое детство…»

Алиса Королева

Жарко и тихо То самое лето было особенно жарким, И солнце не отпускало нас даже ночью, Горбатилось, словно холка большой овчарки, И гасло, как по часам, одиноко и точно. Тогда почему-то навзрыд рыдали цикады, Лягушки особенно сильно ревели в окна, Так громко и больно, будто заранее знали, И занавески дрожали как дикие волны. И даже паркет хлестал нас огнём по ногам, И воздух хватал наши легкие, словно в кольца, Тогда я заметил - дед больше не спит по ночам И мается под лучами горящего солнца. Сражается с простыней, петляет волчком, В запотевших очках обещает небу расправы, И грозное солнце тонким и точным лучом Щёлкало, словно кнутом, по его оправе. И даже его сигарета сгорала в секунду, И дым от неё оседал мгновенно на стекла, Он, словно ребёнок, совал мне лицо под руку: «Жалей меня, мальчик», - и майка его не сохла. И каждую ночь я слышал, как он стонал, Снова и снова, как запись на старой кассете, А потом все утихло, и только немой сигнал Бил по ушам всю ночь и умолк на рассвете.

Царапина

Этой ночью приснилось мне золотое поле И желтое небо, плывущее над домами, Там самолет, словно птица, с чудовищным воем Разрывал животы облакам своими когтями. И к месту тому никогда поезда не ходили, Автобусы не приезжали туда годами, А мы это поле так безнадежно любили, Что дружбу водили с его золотыми цветами. Но все же машины у нас никогда не бывали, И почта так долго пыталась до нас добраться, Что мы оставались у поля внутри, в овале, И листья его начинали за плечи кусаться. И было оно нам защитником, было другом, И долго потом я грезил его плодами, Ведь даже когда я до чертиков был напуган, Оно укрывало меня травяными руками, И прятало в своём тёплом и жёлтом пузе, И было мне так замечательно и спокойно, Что даже теперь я обрывками этих иллюзий Утешаю себя, и не страшно мне, и не больно. Но даже дорога бежала от этого места, А мне так обреченно хотелось обратно, Земля на том поле пахла как свежее тесто, И каждый цветочный куст становился братом. А запах травы был даже в моей постели, А солнце так осторожно кусало за щеки, И даже сейчас от крапивы горят колени, И снова во снах я вижу, как вдоль дороги С милого желтого поля бежал мальчонка С коленом в крови и царапиной вдоль лопаток, И бережно, словно щеночка или ребёнка, Нёс, прижимая к груди, кукурузный початок

Лаба Большая и Малая


Мальчиком бегал в рыжих колосьях пшеницы, Ржавые зерна впивались в детские ножки, Папины огороды, дедушкины теплицы, На мне чужие потертые босоножки. Тыкался носом в маленьких тёплых крольчат, Дрался с соседским мальчишкой за насыпь щебенки, Дергал деда за бороду, грозно на пса рычал, Взял потом и убил в себе золотого ребёнка. Ну зачем я подрос, зачем я уехал в город, Оделся в рубашку, выучился на филолога? Лучше бы я оставался маленьким сыном шахтера, Лучше бы я носил дедову длинную бороду. Лучше бы спрятал меня высокий маис - Мой главный защитник, мой переросток-подснежник, Так же, как прятал всегда от отцовской руки, Лучше б меня нашли, но был бы я прежним.

Где моё глупое детство на берегу Лабы, Где кутают в шубку так тесно, что хочется выть: «Мама, ну я же такой шебутной, я такой быстрый», Шрамы на память оставили мне кукурузные листья.


Саша

Белые полосы от дождя на щеках,

Наше доброе детство за круглыми спинами,

Все жалобы надо подальше упрятать, в кулак,

Румянец скрыть за колючей щетиной.

А что остаётся, если тебе говорят:

Ты уже не ребёнок, пора становиться мужчиной;

А мне до сих пор, мама, в спину мальчишки кричат,

И кудри мои называют львиною гривой.

А я до сих пор шапку снимаю в мороз,

И уши горят багряными фонарями,

И каждое лето руками ловлю стрекоз,

И от нетерпения стучу под столом ногами.

Друзьям моим все ещё светит в макушку луна,

И так же мы влюблены в девочку Галю,

Кого она выберет? Вот бы это был я,

Быстрее бы всех я тогда нажимал педали.

А мой лучший друг гоняет дворовых собак,

И стынет на кухне забытая манная каша,

По-прежнему честен и крепок отцовский кулак,

Я все-таки прав, ну же, скажи им, Саша!

Отцовский харлей

Брат, ну чего ты поехал в эту столицу

На ржавом харлее сельской дешевой сборки?

На тебя там глядели, будто чумазый ты, чернолицый,

Притащился к ним таракан вонючий, заморский.

Диву даются, столпились перед тобой,

Тычут руками в тебя, чистоплюи, тычут носами,

Ты чего, говорят, приезжий, чего ты, чужой,

Стоишь с сигаретой и дедовскими усами?

А ты щуришься из-за густого табачного дыма

В отцовской дубленке, в потертом берете армейском,

Думаешь: «как я для них глупо выгляжу, выгляжу криво»,

И такой настоящий ты, и такой деревенский.



Королёва Алиса родилась в 1999 году в городе Краснодаре. Студентка 3 курса факультета журналистики КубГУ. Публиковалась в сборнике авторов "Современный Дух Поэзии" НИ "Первая Книга" и в журнале «Родная Кубань».

Просмотров: 66

© 2017-2019 "Родная Кубань" 

Все права на материалы, публикуемые в печатной и электронной версиях издания, принадлежат ГИК "Кубанские новости" и охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, Законом РФ «Об авторском праве и смежных правах». При любом использовании материалов сайта и печатного издания, ссылка обязательна.

Подписной индекс: 31899